24 октября в Киеве состоялась конференция «Stop Fakes: Как дезинформация влияет на украинцев». Организатором выступили «Факты ICTV». Мероприятие традиционно подводит итог рейтинга «Топ-100 блогеров Украины».

В этом году победителями «Топа-100 лучших блогеров Украины» стали Андрей Карпов из Полтавы – автор канала «Вата Шоу» на YouTube. А в категории «Народный выбор» лидером стал YouTube-блогер Виктор Литовченко, ведущий шоу «ВАТА TV».

Одним из спикеров конференции был известный журналист и блогер Павел Казарин. Он поделился своим мнением на тему «Так что же, все-таки, журналистика или блогерство?».

История блогосферы Украины

Если говорить об истории, то блогосфера в Украине чрезвычайно молода. В 2012 году на арену вышли три главных блогера – Сергей Лещенко, Мустафа Найем, Вахтанг Кипиани – и у каждого из них по 5 тысяч френдов. (Подписки в украинском «Фейсбуке» еще не были разрешены, поэтому 5 тысяч – потолок, и тогда это было действительно вершиной успеха!)

Но потом приходит 2013 год, и мы обнаруживаем, что в «Фейсбуке» появляются подписки. Вот именно тогда и начинает расти отечественная блогосфера. Это, по сути, дитя Майдана, потому что в тех условиях, когда классические СМИ не справлялись с запросом на информацию, этот самый спрос на репортажность порождал лидеров общественного мнения, которые росли откуда угодно – из улиц Киева, крымских перекрестков, площадей оккупированного Донбасса. Все они, в конечном счете, оказались теми самыми людьми, кого сейчас принято называть лидерами общественного мнения.

«Таким образом украинской блогосфере всего-то 5 лет! На самом деле журналистика тоже очень молода. Когда говорят, что это – вторая древнейшая, это полная спекуляция. Журналистике в принципе где-то 500 лет, не более. При этом зарабатывать на рекламе она стала вообще где-то в середине XIX века (реклама в медиа начала появляться в XVII веке, но до середины XIX никакой особой роли не играла). Поэтому в итоге и те, и те молодые», – рассказывает Павел Казарин.

Блогерство – дитя технологий

Общего у журналистики и блогосферы, по правде говоря, куда больше, чем различий. Блогерство как явление – это ведь дитя технологий! На протяжении многих лет у классических медиа была главная монополия – на посредничество между производителями контента и его потребителями. То есть если вам было что сказать, вы должны были пойти в редакцию газеты, радио, телеканала и там уже договариваться, чтобы вам дали доступ к печатной полосе или микрофону. Потом появились технологии: интернет, социальные сети, мультимедийные платформы типа YouTube, и, разумеется, появились люди, которые общаются с аудиторией напрямую, минуя посредников. Теперь информационная замочная скважина, в которую мы подглядывали за миром, превратилась в настежь распахнутую информационную дверь. И вот мы стоим, с ног до головы обдуваемые этими информпотоками. При этом, что важно, мы к новой информационной реальности еще не адаптировались!

Блогерство – это не институционализированная журналистика

Всегда считалось, что она может потеснить классическую журналистику только в трех жанрах: репортаж, авторская колонка и интервью.

В качестве примера можно привести «вДудя», репортажи, которые люди привозят из поездок, репортажи, которые пишут в «Фейсбуке». Но как показывает опыт, украинский сегмент интернета и блогосферы – это всегда исключение. Команда сайта InformNapalm.org и редактор Михаил Макарук доказывают, что отечественный сегмент блогосферы может значительно больше, чем привычные для нас представления о том, как она выглядит во всем мире.

Журналист Павел Казарин и редактор журнала "Бродкаст" Татьяна Шепель

Что же продается в блогерстве?

В первую очередь это эмоции. Возможно, потому Топ-3 украинского «Фейсбука» – это котики, #зрады и #перемоги. И чем они концентрированнее, тем больше лайков и репостов. Но если говорить начистоту, то же самое происходит и на телевидении. Телевидение в Украине – это развлечение для бедных. Именно потому те телеканалы, у которых в эфире есть развлекательный контент, входят в Топ-6 телеканалов страны, те же, у кого ставка только на новостные студии и политическое обсуждение, – входят в категорию информационно-аналитических и потому от Топ-6 отстают.

Да, эмоции продаются всегда и повсеместно. В этом смысле украинский «Фейсбук» мало чем отличается от украинского телевидения. Тут тоже есть точка пересечения. Еще один важный момент: часто можно услышать претензию, что журналистика классическая (ТВ и медиа) – большая институционализированная платформа, а блогеры всегда одиночки, которые торгуют личными местоимениями – я думаю, я считаю и т.д. и т.п.

Но дело в том, что в журналистике сегодня тоже наступил период личных местоимений. Это наша новая реальность, от которой мы никуда не денемся. Нынче читают не столько издания, сколько отдельных авторов. Мы все живем в пространстве персональных брендов – такова наша реальность. Ситуация характерна как для украинской блогосферы, так и для журналистики. Поэтому общего больше, чем разницы.

Почему плохие новости продаются лучше?

Разрыв между реальностью и тем, как люди ее себе представляют:

Французы убеждены, что 25% их соотечественников мусульмане – на самом же деле 8%

В Италии считают, что у них безработица 49% – в реальности 14%

В США считают, что у них безработица 32% – на самом деле 4,7%

Все дело в том, что в современном мире #зрада продается намного лучше, чем #перемога. Плохие новости идут куда лучше, и в современном мире торговля неврозами приносит больше барышей, нежели торговля рациональным анализом.

И это в равной степени роднит как пространство классических медиа, так и пространство социальных сетей.

Поэтому зачастую «зрадофильские» посты из серии «Максимальный репост!» собирают больше лайков, чем посты о «перемогах». Точно так же, как целые телеканалы делают ставку на плохие новости, просто потому что неврозы продаются лучше победоносного контента.

Эту новую реальность тоже нужно учитывать.

Вот и получается такая интересная штука: инвестировать в восприятие реальности куда проще, чем в изменение.

У нашей страны есть еще одна оригинальная особенность, о которой следует помнить. Есть такой индекс Inter Personal Trust (межличностное доверие, или уровень доверия людей людям). В странах Северной Европы он составляет порядка 60%, Центральной Европы – 40%, в Украине – 24% (на уровне Бангладеш, Пакистана и России, кстати, тоже). Поэтому когда у нас говорят, что люди не доверяют властям, полиции, журналистам, блогерам, …нужно понимать, что украинцы в принципе мало кому доверяют. И в этой ситуации тотального кризиса доверия торговать #зрадой оказывается намного проще, чем, например, в той же соседней Польше.

Итоги и реалии

В этом смысле украинские СМИ и блогосфера находятся в очень схожей реальности. Мы понимаем, 70% отечественной аудитории потребляют новости из телевизора, и украинский телевизор определяет ожидания тех людей, которые доходят до избирательных участков. Тех, кто ориентируется на социальные сети и интернет, лишь порядка 10% в стране. И они еще не достаточный показатель для того, чтобы быть мейнстримом. Причем стоит отметить, что аудитория телевизора диванная, а аудитория соцсетей – заметно более активна и при необходимости готова выйти на улицы. Однако, в любом случае, меряться тем, что у нас аудитория пусть пассивнее, но в 7 раз больше, а у вас, хоть и меньше, зато активнее, – дело бесполезное по одной простой причине. Потому что соотношение между 70% и 10% будет меняться с каждым годом.

«Конечно, через 20 лет будет и интернет, и телевидение, просто соотношение сильно преобразится. Снобизм классической медиатусовки по поводу блогерства – он примерно сопоставим с оптимизмом тех, кто для отмены промышленной революции когда-то крушил ткацкие станки», – подытоживает нашу интересную беседу Павел.